⭐⭐⭐ Единый реферат-центр






Новые рефераты:

Главная » Рефераты » Текст работы «Криминологическая проблема коррупции»


Криминологическая проблема коррупции

Состояние, структура, динамика коррупционной преступности. Личность коррупционного преступника. Причины и условия коррупции. Основные направления противодействия коррупции. Организация научных исследований и разработок в области борьбы с коррупцией.

Дисциплина: Криминалистика и криминология, ОРД
Вид работы: курсовая работа
Язык: русский
ВУЗ: -
Дата добавления: 27.01.2017
Размер файла: 64 Kb
Просмотров: 4041
Загрузок: 24

Все приложения, графические материалы, формулы, таблицы и рисунки работы на тему: Криминологическая проблема коррупции (предмет: Криминалистика и криминология, ОРД) находятся в архиве, который можно скачать с нашего сайта.
Приступая к прочтению данного произведения (перемещая полосу прокрутки браузера вниз), Вы соглашаетесь с условиями открытой лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная (CC BY 4.0)
.

Текст работыСкачать файл








Хочу скачать данную работу! Нажмите на слово скачать
Чтобы скачать работу бесплатно нужно вступить в нашу группу ВКонтакте. Просто кликните по кнопке ниже. Кстати, в нашей группе мы бесплатно помогаем с написанием учебных работ.

Через несколько секунд после проверки подписки появится ссылка на продолжение загрузки работы.
Сколько стоит заказать работу? Бесплатная оценка
Повысить оригинальность данной работы. Обход Антиплагиата.
Сделать работу самостоятельно с помощью "РЕФ-Мастера" ©
Узнать подробней о Реф-Мастере
РЕФ-Мастер - уникальная программа для самостоятельного написания рефератов, курсовых, контрольных и дипломных работ. При помощи РЕФ-Мастера можно легко и быстро сделать оригинальный реферат, контрольную или курсовую на базе готовой работы - Криминологическая проблема коррупции.
Основные инструменты, используемые профессиональными рефератными агентствами, теперь в распоряжении пользователей реф.рф абсолютно бесплатно!
Как правильно написать введение?
Подробней о нашей инструкции по введению
Секреты идеального введения курсовой работы (а также реферата и диплома) от профессиональных авторов крупнейших рефератных агентств России. Узнайте, как правильно сформулировать актуальность темы работы, определить цели и задачи, указать предмет, объект и методы исследования, а также теоретическую, нормативно-правовую и практическую базу Вашей работы.
Как правильно написать заключение?
Подробней о нашей инструкции по заключению
Секреты идеального заключения дипломной и курсовой работы от профессиональных авторов крупнейших рефератных агентств России. Узнайте, как правильно сформулировать выводы о проделанной работы и составить рекомендации по совершенствованию изучаемого вопроса.
Всё об оформлении списка литературы по ГОСТу Как оформить список литературы по ГОСТу?
Рекомендуем
Учебники по дисциплине: Криминалистика и криминология, ОРД


Краткое описание документа: Криминологическая проблема коррупции курсовая работа по дисциплине Криминалистика и криминология, ОРД. Понятие, сущность и виды, 2017.

Как скачать? | + Увеличить шрифт | - Уменьшить шрифт






курсовая работа по дисциплине Криминалистика и криминология, ОРД на тему: Криминологическая проблема коррупции; понятие и виды, классификация и структура, 2016-2017, 2018 год.

Курсовая работа на тему: Криминологические проблемы борьбы с коррупцией

 
ВВЕДЕНИЕ
Коррупция как криминологическая проблема стара, как мир. С ней всегда боролись и отнюдь не все ей противились. По этой проблеме имеется масса философских, политологических, экономических, социологических и правовых, включая криминологические, исследований и разработок. Наиболее заметный вклад в развитие отечественной криминологической науки, касающейся проблем современной коррупции, внесли А. Н. Кирпичников, Б. В. Волженкин, П. С. Яни, П. А. Кабанов, М. Д. Давитадзе, В. В. Астанин, С. В. Максимов, В. А. Номоконов, П. Н. Панченко. Исследования этих и других авторов касались в своей основе таких сложных для научного осмысления, а главное для практической реализации вопросов, как: принципы и основные направления борьбы с коррупцией (К. X. Ипполитов, П. Н. Панченко, Б. В. Макаров); зарубежный опыт борьбы с коррупцией (Г. В. Дашков, В. Е. Квашис, И. М. Клейменов); совершенствование антикоррупционной государственной политики (Н. М. Казанцев); правоприменительная практика борьбы с коррупцией (Н. В. Сараев); место коррупционных элит в преступном мире (О. А. Крыштановская, М. А. Мунтян, В. М. Рыбкин); роль власти в предупреждении   преступности   коррупционной   направленности (С. И. Герасимов, Н. П. Мелешко, С. Л. Серебряков, С. А. Головко, Е. П. Ищенко).
При всем обилии научных источников, касающихся вопросов противодействия коррупции, многое здесь нуждается в постоянном обновлении (вопросы оценки динамики и структуры коррупционной преступности); в существенных уточнениях и дополнениях (вопросы личности современного коррупционера, причин и условий, способствующих коррупции); в отказе от показывающих свою неэффективность и разработке других, подчас даже креативных, принципиально новых средств противодействия коррупции. Не менее важным представляется решение вопросов организации и проведения соответствующих научных исследований и разработок. То, что было в какой-то мере эффективно даже несколько лет назад, сегодня попросту бесполезно по всем научным позициям. Поиском новых направлений, средств и методов антикоррупционного воздействия следует заниматься постоянно, а не от случая к случаю. Важно также, чтобы это воздействие не носило умозрительного характера, а было вполне конкретно и осязаемо.
 

§ 1. Состояние, структура, динамика коррупционной преступности

Понятие коррупции.
Федеральный закон «О противодействии коррупции» определяет последнюю как: злоупотребление служебным положением; дача взятки, получение взятки; злоупотребление служебными полномочиями; коммерческий подкуп, либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя и третьих лиц, либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами, а также совершение указанных деяний от имени или в интересах юридического лица (ст. 1 Закона).
Доля этих преступлений в общей структуре преступности Российской Федерации не превышает 1 — 1,5%. Преобладающими здесь являются: 
а) служебный подлог (21%); 
б) получение взятки (16%);
в) мошенничество с использованием служебного положения (16%);
г) злоупотребление должностными полномочиями (13%); 
д) присвоение или растрата, совершенные с использованием своего служебного положения.
Динамика коррупционных преступлений после принятия в 2008— 2009 гг. ряда законов и подзаконных нормативных правовых актов (Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, федеральная программа «Реформирование и развитие системы государственной службы Российской Федерации (2009— 2013 годы)», Национальный план противодействия коррупции, Федеральный закон «О противодействии коррупции» и т. д.) на протяжении нескольких лет остается в основном положительной. При этом, уровень латентности коррупционной преступности столь высок, что эти положительные изменения в деятельности органов противодействия коррупции оказываются малозаметными, особенно в традиционно криминогенных сферах управленческой и хозяйственной деятельности, в частности на земельном рынке. В то же время число уголовных дел о коррупционных преступлениях, связанных с земельными правоотношениями, крайне незначительно, да и сами эти дела касаются в основном бытовой, а в лучшем случае деловой коррупции на низших управленческих ступенях. Это обстоятельство типично для большинства видов коррупции. Например, по данным Генеральной прокуратуры РФ, по 10% всех уголовных дел о даче и получении взятки ее сумма не превышает 500 рублей. В 30% случаев этот показатель был не более 3000 руб. При этом эффект интенсивности борьбы со взяточничеством достигается в основном за счет увеличения числа привлеченных к уголовной ответственности взяткодателей. В итоге на двух осужденных за дачу взятки приходится один осужденный за ее получение.
Важным криминологическим показателем коррупции является ее цена. Официальных статистических данных на этот счет нет. При этом данные выборочных исследований на региональном и федеральном уровнях позволяют утверждать, что только сумма взяток ежегодно в России составляет в пересчете около 40 млрд долларов США. При этом 90% от данной суммы — цена так называемой деловой коррупции (подкуп бизнесменами чиновников). На бытовую коррупцию приходится примерно 3 млрд долларов США (оплата формально бесплатного медицинского обслуживания, образовательные взятки, взятки в правоохранительных органах).
Анализируя наиболее пораженные коррупцией сферы деятельности, следует отметить, что этот показатель весьма динамичен и определяется множеством факторов политического, а главное — экономического свойства. На протяжении последних лет наиболее криминогенными в общественном сознании и в статистике считаются: 
1) правоохранительные органы (30%); 
2) органы здравоохранения (20%); 
3) органы образования (12%); 
4) государственные и муниципальные структуры (9%). 
В последнем случае в большей степени коррупцией поражены муниципальные учреждения (75%). В региональных управленческих структурах совершается до 20% коррупционных преступлений, а 5% подобного рода преступлений совершается государственными служащими федеральных органов государственной власти и управления.
В числе видов управленческой, финансовой и хозяйственной деятельности, особо привлекательных для коррупционеров, преобладают: 
а) кредитование и финансирование; 
б) приватизация; 
в) банковские операции; 
г) лицензирование и квотирование; 
д) землеустройство; 
е) распределение фондов;
ж) внешнеторговые операции; 
з) подбор и расстановка кадров;
и) сделки с землей; 
к) разведка, добыча и реализация полезных ископаемых; 
л) обеспечение конституционных прав и законных интересов граждан; 
м) инвестиционные проекты.
Определение стратегических и практических задач борьбы с коррупцией зависит от так называемого географического фактора. Подавляющее число коррупционных преступлений совершается в крупных городах, в финансовых и административных центрах Российской Федерации, в местах наибольшей концентрации властных структур (Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Краснодар, Ростов-на-Дону, Ставрополь, Хабаровск, Владивосток и др.).
 

Личность коррупционного преступника

Не менее важным криминологическим показателем является личность коррупционного преступника. Среди весьма обширного круга социально значимых свойств субъектов коррупционных преступлений первостепенное криминологическое значение имеют следующие социально-демографические и нравственно-психологические признаки личности коррупционного преступника: а) пол; б) возраст; в) уровень общеобразовательной и специальной подготовки; г) семейное положение; д) должностной статус; е) степень материального достатка; ж) пути и средства его обеспечения; з) мотивация преступного поведения.
Распределение коррупционных преступников по признакам пола характеризуется тем, что до 80% из них — мужчины. В то же время в структурах, наиболее пораженных коррупцией, женщины и мужчины представлены примерно в равных долях. Доля женщин среди лиц, совершивших коррупционные преступления, постоянно сокращается на фоне роста их числа на государственной и государственной гражданской службе.
Оценивая возрастную структуру и образовательную подготовку лиц, совершивших коррупционные преступления, следует отметить, что здесь преобладающей по численности является группа от 30 до 40 лет (примерно 60% преступников). Второй по распространенности является группа, куда входят лица от 41 до 50 лет (30% преступников). Доля лиц более старшего возраста не превышает 5%, что объясняется либо их опытностью и большей осторожностью, либо боязнью в одночасье лишиться достигнутого. Тем не менее возрастная характеристика лиц, совершивших коррупционные преступления, в целом такова, что это люди достаточно зрелого возраста, с устоявшимися взглядами и привычками, что в конечном счете и определяет специфику мер воздействия на них. Тем более что почти 90% лиц, совершивших коррупционные преступления, имели высшее образование и были достаточно хорошо профессионально подготовлены.
Своеобразной чертой семейного положения коррупционеров является тот факт, что более 75% из них — люди семейные. Это обстоятельство легко объяснимо с демографических позиций, но с точки зрения теории криминологии здесь не все одинаково однозначно и просто. Семья в данном случае не всегда является фактором, сдерживающим соблазн взять, например, взятку, и даже наоборот, подталкивает именно к такому противоправному поведению.
Соответствует содеянным деяниям и должностной статус коррупционных преступников. Совершающие коррупционные преступления — это лицау постоянно или временно по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти, а также лица, выполняющие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления. Среди них преобладают руководители (заместители) небольших муниципальных образований, специалисты, сотрудники регистрационных и контрольных органов, учебных и медицинских учреждений, сельскохозяйственных и коммерческих предприятий. Среди взяткодателей и иных корруптеров большинство (до 85%) составляют рядовые граждане и представители малого и среднего бизнеса. При этом если рядовым гражданам чаще принадлежит решающая роль в совершении того или иного коррупционного преступления (в основном при получении взятки), то бизнесмены в основном сталкиваются с вымогательством со стороны чиновников, поскольку сам бизнес, как правило, не безупречен.
Должностной статус коррупционного преступника определяется особенностями управленческих структур, в которых он работает. На уровне администраций сельских и городских поселений таковыми, как правило, являются главы администраций и их заместители, начальники финансовых отделов, специалисты по вопросам имущественных отношений, ЖКХ и сельского хозяйства. Среди должностных лиц, причастных к коррупции, в муниципальных районах преобладают их руководители и заместители глав администрации, работники комитетов, отделов и управлений по земельным отношениям, строительству и архитектуре, промышленности и сельскому хозяйству, бюджетному регулированию, финансовому контролю и доходам, а также управлению имуществом. В городских муниципальных образованиях субъектами коррупционных правонарушении, включая преступления коррупционной направленности, являются главы администрации городов и их заместители, должностные лица управлений и отделов по вопросам: финансов, инвестиционной политики и предпринимательства, имущественных и земельных отношений, административно-технического надзора, здравоохранения, образования, градостроительства и архитектуры, социально-экономического развития. На уровне органов исполнительной власти субъектов РФ среди лиц, причастных к коррупции, преобладают работники таких министерств, государственных комитетов, агентств, департаментов и отделов, как финансов и экономического развития, природных ресурсов и окружающей среды, архитектуры, строительства, коммунального и сельского хозяйства, продовольствия, здравоохранения, земельных ресурсов и землеустройства, инвестиций и стратегических проектов, имущества, промышленности и транспорта, государственной службы и кадровой политики.
Уровень материального положения лиц, совершивших коррупционные преступления, как правило, значительно выше средних показателей по региону и стране в целом, что подчеркивает наличие у таких лиц гиперболизированных даже в сравнении с мировыми стандартами материальных потребностей, их откровенное нежелание соблюдать общепризнанные и закрепленные в законах и обычаях нормы поведения в обществе и следовать существующим здесь запретам и ограничениям, жить не по средствам за счет государства и законопослушных граждан. Только отдельные виды коррупционных преступлений, таких, например, как дача взятки, нередко (в 69% случаев) совершаются под воздействием обстоятельств извинительного свойства, в частности невозможности или затруднительности решить ту или иную проблему без дачи взятки, без подкупа того или иного государственного или муниципального служащего.
Что касается остальных лиц, совершающих иные коррупционные преступления, то непреодолимые (труднопреодолимые) законным путем и средствами материальные и им подобные трудности как фактор, определяющий решимость совершить коррупционное преступление, носят исключительно редкий характер. То же можно утверждать и в отношении таких обстоятельств, как подстрекательство, давление вышестоящих начальников и руководителей, действия по образцу и подобию сослуживцев и т. п. В основном главным мотивом преступного поведения выступает желание быстро и без особых усилий обогатиться за счет государства и отдельных граждан. Подтверждений тому предостаточно. Судебной практике, например, известны случаи, происходившие даже в Москве, когда государственные и муниципальные служащие брали взятку в первый же день поступления на службу.
 

§ 2. Причины и условия коррупции

Характеризуя причины коррупционной преступности в Российской Федерации, следует отметить, что по целому ряду обстоятельств объективного и субъективного свойства она стала системной, приобрела черты опаснейшей патологии и проникла во все сферы жизнедеятельности государства. Это обстоятельство определяет масштабность и многоплановость причинного комплекса коррупции, включающего в себя взаимосвязанные причины политического, экономического, организационно-управленческого, психологического, воспитательного и правового свойства.
Причин коррупции подобного рода великое множество. В основе своей они хорошо известны, и их очередное перечисление в той или иной последовательности не улучшит ситуацию борьбы с коррупцией. При этом концентрация внимания на принципиально важных причинах коррупции представляется весьма важной. Таковыми являются следующие причины.
1.  Недостаточное использование политической воли в качестве механизма оперативного реагирования на коррупцию. Конечно, принять решение в противоречивой, сложной во всех отношениях ситуации — задача, посильная далеко не для всех субъектов политического волеизъявления. Но в нашей стране, где все невзгоды и радости на протяжении многих столетий принято связывать со своими руководителями, доля личностного фактора в процессе принятия основополагающих решений является предопределяющей.
2.  Излишняя поспешность в предоставлении правовых, экономических и управленческих свобод отдельным субъектам хозяйственной деятельности без надлежащего правового обеспечения этих свобод соответствующими обязанностями перед обществом и государством.
Отсутствие критического восприятия принимаемых экономических свобод. Стойкое и ничем не обоснованное убеждение, что заработанные деньги дают право на поведение вне рамок существующих ограничений. При этом в большинстве случаев способы зарабатывания больших денег не являются абсолютно прозрачными, а сами субъекты хозяйственной деятельности беспощадно эксплуатируют государственные институты и инструменты, не прилагая никаких усилий, чтобы взамен что-то вернуть, хотя бы в моральном плане.
3.  Недостаточно научно обоснованное и поспешное перенесение на российскую почву ряда зарубежных институтов рыночной экономики. Парадоксально, что это нередко происходит в то время, когда наиболее высокоразвитые мировые державы отказались от этих рыночных институтов и инструментов по причине их малой эффективности.
В то же время упорно насаждаются сомнительные идеи о гипертрофированной значимости субъектов хозяйственной деятельности для общества и государства, которые в действительности должны выполнять предписанные им права и обязанности, как и все остальные.
4.  Наличие элементов разбалансированности в системе управления, существенные сбои в обеспечении контроля за исполнением принятых решений. Отсюда — низкий уровень исполнительской дисциплины, порождающей чрезмерное использование управленческих рычагов высших органов государственной власти.
5. Наличие пробелов в правовом регулировании и практике взаимодействия федеральных, региональных и муниципальных органов государственной власти.
Подобные пробелы являются результатом взаимоисключающих тенденций: стремлением максимально централизовать всю государственную систему и одновременно максимально учесть региональные особенности. При таком подходе появление правовых пробелов неизбежно.
6.  Несовпадение стратегических и тактических интересов различных социальных групп населения, отсутствие у них общей, объединяющей все общество национальной идеи развития и укрепления Российского государства. Тем более разрыв между бедными и богатыми в Российской Федерации существенно превышает соответствующие показатели в большинстве стран с высокоразвитой рыночной экономикой и правовой культурой.
Из-за этого нарастает опасное ощущение отсутствия социальной справедливости в обществе, которое не всегда подкрепляется объективными данными, но бессознательно (что очень опасно) культивируется должностными лицами вкупе с субъектами хозяйственной деятельности, которые сознательно, хотя и непродуманно, выставляют напоказ отношения партнерства, забывая об остальных членах общества.
7.  Тотальный правовой нигилизм, особенно неисполнение законов теми органами государственной власти и их должностными лицами, кому по роду деятельности поручено осуществлять контроль за соблюдением требований законов. Усугубляется это поведением, которое можно назвать эксплуатацией предписанных полномочии и правовых предписаний в своих целях.
8. Деятельность по борьбе с коррупцией нередко подменяется ее полной или частичной имитацией (привлечение к уголовной ответственности в основном взяткодателей, а не взяткополучателей, преимущественно за факты бытовой коррупции и др.).
9.  Большинство групп населения страны одобряют коррупцию в обществе как механизм решения существующих проблем. И это одобрение обоснованно. Только около 3% граждан Российской Федерации не смогли с помощью взятки решить свои вопросы. Эти данные дискредитируют государственную власть и все общество в целом.
10.  Широкомасштабная бесконтрольность, а следовательно, безответственность представителей властных структур, особенно на региональном и муниципальном уровнях.
11.  Несогласованность и противоречивость федерального и регионального законодательства, ведомственных нормативных актов, правил и инструкций. В результате государственные и муниципальные служащие наделяются неоправданно обширными дискреционными полномочиями, что позволяет им действовать по своему усмотрению и решать многие вопросы по принципу «в порядке исключения» и т. п.
12.  Многоуровневость, дублированность в деятельности органов контроля и управления, стремление решать современные проблемы борьбы с коррупцией не интенсивными, а экстенсивными методами, постоянно увеличивая число контролирующих структур и штаты проверяющих.
13.  Наличие существенных региональных особенностей в причинном механизме коррупции, что не всегда учитывается при разработке предупредительных мер на федеральном уровне.
Такие социальные не вполне правовые, но объективно существующие механизмы, как непотизм, кумовство и лоббизм, у нас совершенно не учитываются. Вряд ли правильно делать вид, что ничего этого нет.
14.  Принятие недостаточно обоснованных решений, касающихся соотношения мер убеждения и принуждения, когда роль последних неоправданно преувеличивается, а роль первых искусственно принижается.
Криминологическая проблема коррупции курсовая работа.
Стойкое нежелание понимать, что меры убеждения значительно более устойчивы в своих последующих проявлениях, а меры принуждения дают видимый, нередко даже значимый, но очень краткосрочный эффект.
15.  Пробелы в профессиональной подготовке контролирующих, надзирающих и правоохранительных служб, отсутствие у них надлежащих полномочий, финансовых и организационно-управленческих возможностей для выполнения возложенных на них функций.
Рассматриваемые пробелы усугубляются непоследовательной ротацией работников контролирующих органов. Между тем длительное пребывание на такой работе неизбежно ведет к профессиональной деформации, какими бы высокими качествами по своим характеристикам ни обладал бы соответствующий работник.
В развитие этого тезиса необходимо добавить, что контролирующий и надзирающий работник после окончания периода своей деятельности должен быть полностью обеспечен максимально возможными социальными благами со стороны общества и государства, причем не только он сам, но и члены его семьи. Это своего рода оценка его заслуг, на которую скупиться не следует.
16.  Существенный разрыв между финансовыми, организационно-управленческими, правовыми и иными возможностями, которыми обладают коррупционеры и службы, призванные пресекать их преступные действия.
17.  Несовершенство, а в ряде случаев отсутствие отвечающих современным условиям методик подбора и расстановки кадров, причастных к движению товарно-денежных ресурсов и принятию управленческих решений.
Вопреки общественному осуждению должностные лица, уличенные в неэтичном поведении и уволенные с высоких должностей за очевидные промахи и упущения, нередко вновь оказываются на государственно значимых должностях. При этом у обычных государственных служащих теряются критерии, на которые они должны ориентироваться, и пропадает стремление к карьерному росту.
18. Избирательность уголовного преследования за коррупцию, когда к ответственности привлекаются в основном лица, причастные к бытовой коррупции, совершившие малозначительные по своим масштабам коррупционные преступления.
Привлечение к уголовной ответственности в последнее время ряда должностных лиц высокого уровня, включая руководителей субъектов Федерации, за коррупционные преступления является знаковым симптомом для всех остальных должностных лиц. К сожалению, эта тенденция до настоящего времени значительным числом должностных лиц не осознана. То же можно сказать и о сотрудниках правоохранительных органов, которые продолжают привлекать к уголовной ответственности граждан, которые дают взятки, хотя сами если не провоцируют их на это, то всячески к этому подталкивают.
19. Низкая эффективность взаимодействия и управления органов государственной власти, общественных организаций и граждан в борьбе с коррупцией.
Причинный комплекс коррупционных проявлений продолжает развиваться как естественный социальный организм. Казалось бы, с совершенствованием государственных институтов и правовых механизмов он должен сокращаться. В действительности этого не происходит, да и не должно происходить в силу естественных законов общественного развития. На смену одним преодолеваемым причинам коррупции неизбежно приходят новые.
 

§ 3. Основные направления противодействия коррупции

Правовую основу противодействия коррупции составляют Конституция РФ, федеральные конституционные законы, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ, другие федеральные законы, нормативные правовые акты Президента РФ, а также нормативные правовые акты Правительства РФ, нормативные правовые акты иных федеральных органов государственной власти, нормативные правовые акты органов государственной власти субъектов РФ и муниципальные правовые акты.
Субъектами противодействия коррупции являются: 
1) Президент РФ; 
2) Федеральное Собрание РФ; 
3) Правительство РФ; 
4) федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления.
В целях обеспечения координации деятельности субъектов противодействия коррупции по решению Президента РФ могут формироваться органы в составе представителей федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и иных лиц. Эти координирующие структуры имеют право разрабатывать проекты указов Президента РФ, распоряжений и поручений Правительства РФ, а также издавать нормативные правовые акты (совместные акты) федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, представители которых входят в состав соответствующего органа по координации деятельности в области противодействия коррупции. Кроме того, координационные органы вправе при получении данных о совершении коррупционных правонарушений передавать эти материалы в соответствующие государственные органы, уполномоченные проводить проверку таких данных и принимать по итогам проверки решения в установленном законом порядке (ст. 5 Федерального закона «О противодействии коррупции»). Координация деятельности правоохранительных органов по противодействию коррупции Федеральным законом «О противодействии коррупции» возложена на Генерального прокурора РФ.
 

Основные направления борьбы с коррупцией

Основные направления борьбы с коррупцией определены Федеральным законом «О противодействии коррупции». Среди них следует выделить наиболее значимые.
1.  Проведение единой государственной политики в области противодействия коррупции.
2.  Создание механизма взаимодействия правоохранительных и иных государственных органов с общественными и парламентскими комиссиями по вопросам противодействия коррупции, а также с гражданами и институтами гражданского общества.
3.  Принятие законодательных, административных и иных мер, направленных на привлечение государственных и муниципальных служащих, а также граждан к более активному участию в противодействии коррупции, на формирование в обществе негативного отношения к коррупционному поведению.
4.  Совершенствование системы и структуры государственных органов, создание механизмов общественного контроля за их деятельностью.
5.  ВВЕДЕНИЕ антикоррупционных стандартов, т. е. установление для соответствующей области деятельности единой системы запретов, ограничений и дозволений, обеспечивающих предупреждение коррупции в этой области.
6.  Унификация прав государственных и муниципальных служащих, лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов РФ, должности глав муниципальных образований, муниципальные должности, а также установление для указанных служащих и лиц ограничений, запретов и обязанностей.
7.  Обеспечение доступа граждан к информации о деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления.
8. Обеспечение независимости средств массовой информации.
9.  Неукоснительное соблюдение принципов независимости судей и невмешательства в судебную деятельность.
10.  Совершенствование организации деятельности правоохранительных и контролирующих органов по противодействию коррупции.
11.  Совершенствование порядка прохождения государственной и муниципальной службы.
12.  Обеспечение добросовестности, открытости, добросовестной конкуренции и объективности при размещении заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд.
13.  Устранение необоснованных запретов и ограничений, особенно в области экономической деятельности.
14.  Совершенствование порядка использования государственного и муниципального имущества, государственных и муниципальных ресурсов (в том числе при предоставлении государственной и муниципальной помощи), а также порядка передачи прав на использование такого имущества и его отчуждения.
15.  Повышение уровня оплаты труда и социальной защищенности государственных и муниципальных служащих.
16.  Укрепление международного сотрудничества и развитие эффективных форм сотрудничества с правоохранительными органами и со специальными службами, с подразделениями финансовой разведки и другими компетентными органами иностранных государств и международными организациями в области противодействия коррупции и розыска, конфискации и репатриации имущества, полученного коррупционным путем и находящегося за рубежом.
17. Усиление контроля за решением вопросов, содержащихся в обращениях граждан и юридических лиц.
18.  Передача части функций государственных органов саморегулируемым организациям, а также иным негосударственным организациям.
19.  Сокращение численности государственных и муниципальных служащих с одновременным привлечением на государственную и муниципальную службу квалифицированных специалистов.
20.  Повышение ответственности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления и их должностных лиц за непринятие мер по устранению причин коррупции.
21.  Оптимизация и конкретизация полномочий государственных органов и их работников, которые должны быть отражены в административных и должностных регламентах.
Вся система мер противодействия коррупции должна строиться на строго определенных, закрепленных в международном праве и российском законодательстве принципах, среди которых: 1) признание, обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина; 2) законность; 3) публичность и открытость деятельности государственных органов и органов местного самоуправления; 4) неотвратимость ответственности за совершение коррупционных правонарушений; 5) комплексное использование политических, организационных, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер; 6) приоритетное применение мер по предупреждению коррупции; 7) сотрудничество государства с институтами гражданского общества, международными организациями и физическими лицами.
Разработка эффективных мер борьбы с коррупцией в Российской Федерации, их реальное внедрение в практику сегодня, в период интернационализации практически всех сторон общественной жизни, включая политику, экономику и право, вряд ли возможны без активного использования имеющегося зарубежного опыта. В первую очередь заслуживает внимания соответствующий опыт тех государств, где в относительно короткие сроки удалось достичь существенных положительных результатов в борьбе с этим, казалось бы, неизлечимым социальным недугом. Среди тех стран, чей опыт в борьбе с коррупцией с точки зрения теории сравнительной криминологии наиболее приемлем для Российской Федерации, интересен сравнительный анализ практики борьбы с коррупцией в Китайской Народной Республике (КНР) и Соединенных Штатах Америки (США). Именно в этих странах в последние годы результаты борьбы с коррупцией оказались наиболее весомыми и были достигнуты разными средствами. Так, например, в КНР в конце XX столетия по мере бурного развития рыночных отношений, интенсификации процессов урбанизации, расширения внешнеэкономических связей темпы роста преступности превзошли все пессимистические ожидания. Правоохранительная система и общество в целом оказались не готовыми к небывалому ранее взрыву преступности, когда всего за несколько лет (с 1987 по 1990 г.) абсолютное число преступлений и коэффициент преступности выросли почти в четыре раза. Более того, проводимые в стране в конце 60-х — начале 70-х гг. XX в. и рассчитанные на перспективу антикриминогенные мероприятия в рамках культурной революции не выработали у большинства граждан устойчивого иммунитета к противоправной деятельности, особенно в сфере бизнеса и управления.
Названные обстоятельства способствовали изменению акцентов в стратегии борьбы с преступностью в сторону повышения удельного веса жестких мер воздействия на правонарушителей. В то же время этот вынужденный тактический шаг не привел к отказу от многовековой практики воспитательной работы среди всех слоев населения. Стратегические установки в этой части никто не отменял. Важнейшие из них: а) формирование у граждан страны преданности своему народу; б) уважительное отношение к партийному и государственному руководству; в) воспитание скромности; г) соизмерение своих потребностей с законными возможностями.
При этом, что особенно важно в уголовной политике Китая, элементы жесткого подхода к преступникам четко просматриваются как в уголовно-правовых нормах, так и в правоприменительной практике. Например, в КНР численность заключенных сегодня превышает 1,5 млн человек. До последнего времени за 69 преступлений по УК КНР могло последовать наказание в виде смертной казни, что по сравнению с другими странами мирового сообщества очень даже немало. На первый взгляд все это может показаться излишней жестокостью.
При этом в получившей широкую известность даже за пределами Китая Белой книге «Усилия Китая по борьбе с коррупцией и формулированию неподкупного партийного правительственного аппарата» говорится по этому поводу, что с начала XXI в. китайское руководство сделало борьбу с коррупцией и формирование неподкупного государственного аппарата приоритетной частью своей работы, в которой требуется умело сочетать радикальные, жесткие меры воздействия на нарушителей закона с профилактикой, отдавая по возможности предпочтение именно мерам предупреждения преступлений. Так, начиная с 1996 г. в КНР в масштабах всей страны стали проводиться мероприятия по обеспечению чистоты рядов китайских чиновников. Здесь особого внимания заслуживает кадровая политика Китая в борьбе с корыстными злоупотреблениями должностных лиц. Китайскому чиновнику практически ежеминутно, ежечасно напоминают о необходимости жить честно и строго соблюдать законы страны.
В числе подобных мероприятий воздействия на потенциальные «природные» возможности и потребности чиновника воровать и брать взятки в китайской практике борьбы с преступностью значительная роль отводится семье. На самом высоком уровне управления страной был провозглашен лозунг «Честная китайская женщина без колебаний разоблачит мужа-коррупционера». Благодаря указанной информации инсайдерского свойства китайские власти оперативно и без лишних затрат решают проблемы контроля за расходами должностных лиц, обеспечивают практическую реализацию существующих на этот счет законодательных предписаний.
Несомненным достоинством китайской модели борьбы с преступностью является тот факт, что привлечение высших должностных лиц к уголовной ответственности, их осуждение к смертной казни и другим строгим наказаниям сенсацией не является и об этом обязательно информируется вся страна. Это способствует повышению авторитета партийного и государственного руководства страны. Например, только за первое десятилетие XXI в. в КНР за коррупцию были расстреляны 10 тыс. работников государственного аппарата, а число должностных лиц, приговоренных к длительным срокам лишения свободы за взяточничество, было на порядок выше. Среди осужденных к смертной казни были и вице-мэры, и мэры крупных городов, и судьи, и прокуроры, и руководители крупнейших государственных корпораций, и главы всемирно известных фирм. Здесь, правда, следует отметить, что китайское уголовное законодательство позволяет как немедленно приводить в исполнение смертный приговор, так и его отсрочивать. Если осужденный раскаялся, активно сотрудничал со следствием и примерно вел себя во время отсрочки приговора, смертная казнь может быть заменена пожизненным лишением свободы.
Практика милосердия и снисхождения в качестве средства предупреждения преступлений в Китае не ограничивается только рамками уголовного права. Так, на протяжении ряда лет в стране действует решение Центральной Комиссии КПК, предусматривающее фактическое освобождение от уголовной ответственности чиновников, которые по собственной инициативе, добровольно признались в получении взятки и вернули государству незаконно полученные деньги. Ежегодно этой возможностью пользуются более 30 тыс. должностных лиц, не устоявших перед соблазном получить взятку. Трудно предположить, что в такой обстановке уровень рецидива будет сколько-нибудь значимым.
Столь ощутимых, как в КНР, положительных результатов в борьбе с коррупцией удалось достичь и в США. Эта страна входит в 20 наиболее свободных от коррупции стран в мире. Во многом столь положительные результаты для страны, являющейся ведущей экономической державой мира, связаны с наличием добротной правовой базы борьбы с коррупцией и надлежащей системой контроля за исполнением соответствующего законодательства. В США стало обычаем, что должностное лицо любого ранга имеет право получать вознаграждение за свою работу только от правительства. Законом жизни является требование налоговых органов к должностным лицам представлять декларацию о доходах и имуществе всей своей семьи, включая жену и иных лиц, находящихся на иждивении.
Фактором, сдерживающим дачу и получение взятки, является строгость уголовного наказания за эти деяния. Так, в соответствии со ст. 201 титула 18 Свода законов США предусмотрено наказание за подкуп должностного лица в виде штрафа, сумма которого исчисляется тройным размером взятки, или лишения свободы на срок до 15 лет. Суд может совместить эти наказания. Тем самым практически устраняется вопрос о возможности откупиться за дачу взятки. Бывшим работникам государственных органов под угрозой уголовного наказания запрещаются в течение одного-двух лет любые деловые контакты по прежнему месту работы.
И еще одно немаловажное ограничение в отношении должностных лиц. Последние, как это следует из содержания ст. 208 гл. 11 титула 18 Свода законов США, не вправе решать дела в отношении своих родственников и сослуживцев. Весьма жестко и своевременно решен в США вопрос о сговоре по поводу устройства на федеральную государственную службу. Любые сделки на этот счет считаются уголовно наказуемыми. Кроме того, помимо уголовного наказания за нарушение установленного порядка устройства на федеральную государственную службу Генеральный атторней США вправе подать гражданский иск с требованием взыскать с виновного в нарушении коррупционного законодательства лица штраф в размере 50 тыс. долларов.
Положительные результаты в борьбе с коррупцией в США в немалой степени объясняются тем обстоятельством, что здесь фактически нет правового и фактического иммунитета, который позволял бы должностным лицам любого ранга, включая Президента США, оставаться вне закона, избегать ответственности в случае совершения ими преступлений.
Коррупция в США в немалой степени зависит от внешних факторов. Именно поэтому в США впервые в мире в 1977 г. был принят закон о запрете подкупа иностранных должностных лиц в ходе коммерческой деятельности.
Коррупционные преступления относятся к категории трудно раскрываемых. Именно поэтому особую роль в борьбе с этим явлением приобретают вопросы обеспечения надлежащей защиты свидетелей, готовых на соответствующих условиях дать показания, уличающие коррупционеров. Меры по защите свидетелей регламентированы Федеральной программой защиты свидетелей (Federal Witness Security Program) и Программой помощи свидетелям в случае крайней необходимости (Emergency Witness Assistance Program). В соответствии с этими правовыми документами основным центром по борьбе с коррупцией в США является Министерство юстиции, возглавляемое Генеральным атторнеем, которому подчиняется, в частности, такая мощная организация, как ФБР (Federal Burean of Investigation). Атторнейская служба наделена широкими полномочиями в борьбе с коррупцией.
В структуре Министерства юстиции кроме ФБР действуют и другие подразделения по противодействию коррупции: а) отделение по обеспечению честности публичной власти; б) отделение по мошенничеству; в) отделение по организованной преступности, рэкету. Практически во всех структурах исполнительной власти США функционируют генеральные инспекторы. Это своеобразная служба внутреннего контроля извне, имеющая высокую степень независимости и обладающая правом беспрепятственного ознакомления со всеми материалами ведомства, в котором они по существу являются надзирающими органами. Следует отметить, что участие граждан в борьбе с коррупцией в США достаточно хорошо материально стимулируется, а сами добровольные информаторы налоговых и иных контролирующих органов защищаются от разного рода угроз. Так, например, налоговые службы имеют право выплачивать своим добровольным осведомителям до 30% от суммы налогов, которые укрывались налогоплательщиками и вернулись в бюджет с их помощью. Подобная система стимулирования государством привлечения граждан поддерживается и организуется сотнями правозащитных и иных общественных объединений, включая американские профсоюзы, обеспечивая тем самым устранение последствий упущений в работе силовых структур по борьбе с преступностью в разных ее проявлениях.
Анализ конкретного содержания названных выше 19 групп причин и условий, обусловливающих неблагоприятные количественные и качественные характеристики современной российской коррупционной преступности, и основных направлений противодействия коррупции показывает, что доведение коррупции хотя бы до предельно разумных размеров нередко лежит за пределами реальных возможностей большинства органов государственной власти и управления, которые, казалось бы, компетентны и должны решать эти проблемы самостоятельно, без постоянных напоминаний и указаний извне. Но реалии таковы, что до практического воплощения в жизнь блестящих по своему замыслу идей великого Шарля Монтескье и его последователей по вопросу о разделении властей нам еще далеко. Вместе с тем терпимость общества и его законопослушных граждан в отношении коррупции, особенно таких ее проявлений, как взяточничество, находится на пределе. Требуется незамедлительное принятие, быть может, даже нестандартных, жестких по сегодняшним стандартам, креативных форм реагирования на эти массовые, ставшие повседневными, обычными негативные явления и процессы. Такое реагирование, во всяком случае хотя бы на первоначальном этапе, должно исходить в первую очередь от субъектов политической воли. Для других управленческих структур, граждан и организаций с учетом запущенности болезни эта задача вряд ли выполнима.
При всей кажущейся простоте и ясности самого термина «политическая воля» тут больше вопросов, чем ответов. В философской и психологической литературе, в политологии на это обстоятельство неоднократно обращали внимание Ю. Ю. Вейнгольд, А. В. Водолагин, В. А. Иванников, Д. А. Керимов, О. А. Крыжановская, В. И. Мурашов, Ф. Ницше, В. А. Ойгензихт, С. Л. Рубинштейн, Т. Рибо, П. В. Симонов, М. М. Филиппов, А. Шопенгауэр, Е. П. Щербаков. Что касается криминологической науки и практики по этой проблеме, то здесь вообще белое безмолвие. Термин «политическая воля» иногда употребляется такими криминологами, как А. И. Гуров, А. И. Алексеев, В. С. Овчинский, Э. Ф. Побегайло, хотя без какой-либо расшифровки этого понятия, на уровне аксиомы, что вряд ли правильно и продуктивно.
Чтобы неоднократно не наступить на одни и те же грабли, не преувеличивать (с целью перенесения бремени ответственности на другие структуры), как и не преуменьшать роль политической воли в решении задач борьбы с преступностью на современном этапе развития российского общества, необходимо прежде всего с криминологических позиций: а) определить понятие политической воли, выявить основные ее составляющие; б) взвесить преимущества и недостатки выработанных практикой форм и средств ее выражения и реализации; в) оценить место политической воли в общем государственном механизме противодействия преступности. Достижения криминологической науки в этой части минимальны. Но в подобных слабостях есть свои плюсы и преимущества для будущих исследований и разработок, дающие им полный простор и свободу действий.
С учетом целей и задач криминологической науки и практики борьбы с преступностью политическую волю можно расценивать как совокупность внутренних свойств и состояний политического субъекта, выражающую его способность к последовательной реализации поставленных целей и задач в сфере политической власти. Вполне приемлемо для криминологии наличие в определении понятия «политическая воля» и других элементов социологического, философского, психологического и правового характера, позволяющих считать, что политическая воля как важнейшая составляющая социальной воли есть воля политической группы или ее лидера, возведенная в систему нормативно-ценностных установок, побуждающих и направляющих политические действия референтных им групп, и поддержанная социальными институтами, обладающими возможностями мотивации, контроля и социальных санкций.
Носителями (субъектами) политической воли могут быть: а) политический лидер; б) политическая элита; в) политическая контрэлита; г) группы политического влияния; д) государство в лице его хозяйственно-управленческих структур; е) трансгосударственные политические субъекты. При столь обширном круге субъектов политической воли следует иметь в виду то обстоятельство, что в истории политико-правовой мысли политическую волю, как правило, принято связывать главным образом с персонифицированными субъектами власти. Применительно к ситуации сегодняшнего дня в России, ее Конституции и других законодательных актов такими субъектами власти являются: а) Президент РФ (гл. 4 Конституции РФ); б) Председатель Правительства РФ (гл. 6 Конституции РФ); в) видные политические и государственные деятели государства, обладающие реальной политической властью (Председатель Совета Федерации, Председатель Государственной Думы, Председатель Конституционного Суда РФ, Председатель Верховного Суда РФ, Генеральный прокурор РФ; Председатель Счетной палаты; Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации).
Среди носителей политической воли сегодня особую значимость в плане оптимизации и интенсификации процессов борьбы с преступностью и особенно с коррупцией в Российской Федерации представляет такой субъект политической воли, как политический лидер. Таковым в соответствии с Конституцией РФ является Президент РФ. Практически все полномочия Президента, закрепленные в Конституции РФ (ст. 83—90), имеют отношение к проблемам борьбы с преступностью, позволяют ему выражать и реализовывать свою политическую волю в этой части.
Здесь прежде всего следует обратить внимание на такие полномочия Президента РФ, как: 1) назначение с согласия Государственной Думы Председателя Правительства РФ; 2) право председательствовать на заседаниях Правительства РФ; 3) право принятия решения об отставке Правительства РФ; 4) представление Государственной Думе кандидатуры для назначения на должность Председателя Центрального банка РФ и возможности постановки вопроса об освобождении его от занимаемой должности; 5) право назначать на должности и освобождать от должности по предложению Председателя Правительства РФ заместителей Председателя Правительства РФ, федеральных министров.
Особо следует отметить, что в соответствии с предоставленными ему Конституцией полномочиями Президент непосредственно руководит деятельностью ряда федеральных органов исполнительной власти, от которых непосредственно зависит состояние законности и правопорядка в стране. Это, в частности, МВД, МЧС, ФСБ, МИД, Министерство обороны, Министерство юстиции России. Реализуя полномочия, связанные с его участием в формировании и деятельности федеральных органов государственной власти, Президент выражает свою политическую волю посредством следующих действий: представляет Совету Федерации кандидатуры для назначения на должность судей Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ; Генерального прокурора РФ; назначает судей других федеральных судов; формирует и возглавляет Совет Безопасности РФ (ст. 83 Конституции РФ).
Институциональный механизм, с помощью которого Президент РФ формирует, выражает и реализует свою политическую волю в части вопросов, касающихся борьбы с коррупцией, довольно обширный. Это, в частности, следующие государственные органы.
1.  Государственный Совет РФ.
2.  Совет Безопасности РФ.
3. Администрация Президента РФ.
4.  Совещательные и консультативные органы при Президенте РФ.
В числе названных структур представляется важным выделить Государственный Совет РФ. На заседаниях Государственного Совета регулярно обсуждаются особо важные государственные проблемы, рассматриваются проекты указов Президента, имеющих общегосударственное значение. Председатель Государственного Совета — Президент РФ, а члены Государственного Совета — высшие должностные лица субъектов Федерации. В особых случаях Президент РФ инициирует проведение расширенных заседаний Государственного
Совета, на которые приглашаются руководители всех ветвей власти, депутаты Государственной Думы, члены Совета Федерации, представители ведущих общественных организаций и объединений, журналисты. Пример тому — расширенное заседание Государственного Совета, состоявшееся в г. Москве 8 февраля 2008 г., где Президент РФ определил перспективы развития страны до 2020 г., наметил пути борьбы с забюрократившимися представителями государственного аппарата. Кроме того, в качестве самостоятельного был выделен вопрос о противодействии коррупции, которая была обозначена в качестве главного национального бедствия современной России. Несомненно, выражение политической воли политического лидера в подобного рода организационных рамках имеет наибольшие шансы на успех.
Одной из эффективных, предметно направленных, конкретно адресованных форм выражения политической воли главой государства являются его выступления на ежегодных расширенных заседаниях коллегий силовых министерств и ведомств. В этих выступлениях глава государства, как правило, оценивает работу ведомства, определяет главные направления его деятельности на ближайшую перспективу. Одно из них — борьба с коррупцией посредством неукоснительного соблюдения законов самими государственными служащими.
Поводов и оснований для выражения политической воли ее носителями в нашей стране предостаточно. Это, как показывает практика, может касаться как общих стратегических задач борьбы с преступностью, так и более конкретных групп вопросов, подчас включая необходимость оценки политическим лидером деятельности правоохранительных органов по конкретным делам, получившим широкое общественное звучание. И здесь на фоне отнюдь не единичных фактов беззакония и произвола использование силы воздействия политической воли объективно носит выборочный характер.
 

§ 4. Организация научных исследований и разработок в области борьбы с коррупцией

Нынешняя система организации научных исследований и разработок в области борьбы с коррупцией не имеет принципиальных отличий по сравнению с прошлым периодом. Вместе с тем практически все количественные и качественные характеристики сегодняшней коррупции, ее носители, причины и условия, порождающие коррупцию, меры противодействия стали принципиально иными и отличаются от тех, которые были 10—15 лет назад. В такой ситуации рассчитывать на достойный вклад современной криминологической науки в борьбу с коррупцией без соответствующих корректировок не представляется возможным. Тем более если предстоит борьба не только с бытовой коррупцией, но и с коррупцией элит.
Где и кто сегодня занимается научными исследованиями проблем коррупции? Как и в советский период, работа эта проводится в основном в ведомственных научно-исследовательских институтах и научных центрах, в некоторых высших учебных заведениях, а также самостоятельно отдельными учеными или группами ученых. В состоянии ли они ответить на новые реалии коррупции, провести монографическое изучение личности современного коррупционера, максимально конкретизировать причины коррупции и предложить предметный перечень мер по ее предупреждению? Опыт показывает, что ответ на этот вопрос, как правило, отрицательный. Что нужно сделать в плане совершенствования организации научных исследований коррупции?
Очевидно, социальный заказ на подобного рода исследования должен исходить преимущественно от субъектов политической воли и организаций, обеспечивающих их функционирование (Администрация Президента РФ, комитеты и комиссии Государственной Думы и Совета Федерации, руководящие структуры политических партий и объединений, отдельные надзорные и контролирующие органы). При такой постановке вопроса, требующей, конечно, более высоких качественных характеристик исполнителей научных исследований, возможно рассчитывать на реальный успех в научном обеспечении борьбы с коррупцией. Так можно, в частности, решить проблему надлежащего информационного, финансового, правового, управленческого обеспечения проводимых исследований и внедрения их результатов в практику.
При этом внедрение в практику результатов теоретических разработок по борьбе с коррупцией требует самостоятельного анализа и изучения. При этом очевидно, что без соответствующих прямых указаний руководителей государственных властных структур подобное практическое внедрение совершенно утопично. Более того, даже при надлежащей проработке этого вопроса надо быть готовым к тому, что опыт практического внедрения теоретических подходов к борьбе с коррупцией может быть с низким эффектом, а вероятно, и вовсе с отрицательным. Важно иметь точные оценки такого положения дел, поскольку первое внедрение антикоррупционных мер может просто саботироваться представителями низового уровня органов государственной власти и управления. Чем ниже уровень социального заказа на такие научные разработки, тем сильнее практический саботаж и естественное сопротивление тех должностных лиц, против которых должны действовать дополнительные ограничительные меры. Не имеет принципиального значения, с чем связаны зги дополнительные ограничительные меры. Даже самые, как может показаться, безобидные из них будут активно саботироваться.
Более низкий уровень социального заказа на криминологические исследования коррупции, подобный сегодняшнему, также возможен, но рассчитывать в этом случае на стратегический прорыв в борьбе с коррупцией не приходится.
Направления и структура научных исследований и разработок проблем коррупции определяются по традиционной схеме, характерной для других видов преступлений (преступления против жизни и здоровья, имущественные преступления, преступления по неосторожности и т. д.). Вполне допустим такой методический подход, когда в структуру программы исследования входит изучение: 1) особенностей состояния, структуры, динамики преступности; 2) личности преступника; 3) причин и условий, способствующих совершению преступлений; 4) мер противодействия преступности. При этом более правильно в современных условиях расширить этот базовый набор за счет научных разработок таких составляющих элементов, как: а) социальные последствия коррупции; б) ее объективный прогноз на национальном и международном уровне; в) территориальные различия количественных и качественных характеристик коррупции; г) коррупция в отдельных сферах хозяйственной и управленческой деятельности; д) «положительный» эффект коррупции; е) монографическое изучение личности коррупционера; ж) сравнительный криминологический анализ коррупции в зарубежных странах (с высоким и низким уровнем не только коррупционной преступности, но и общей преступности); з) эффективность уголовно-правовых запретов и иных ограничений в борьбе с коррупцией.
Социальные последствия коррупции изучены недостаточно. Они заключают в себе большие инерционные негативные механизмы. Эти механизмы проявятся в отдаленной перспективе, и их действие будет носить латентный характер. Поэтому, например, коррупционная составляющая искусственного создания видимости благополучной статистики с раскрытием преступлений может проявиться совершенно неожиданно, когда выяснится, что за преступление, которое человек не совершал, он отбыл наказание в виде лишения свободы или, как в советское время, был расстрелян.
Прогнозом коррупции занимаются многие общественные международные организации, но объективность их оценок и выводов, как правило, подвергается серьезной и обоснованной критике из-за размытых критериев оценки и подходов к изучению коррупции в разных странах. Более того, статистический материал часто вызывает большие сомнения, что вполне объяснимо, учитывая трудности, с которыми сталкиваются такие организации при изучении коррупции в той или иной стране. Они вынуждены пользоваться не только непроверенными данными, но даже откровенными слухами, сплетнями и оценками сомнительных экспертов. К сожалению, усугубляет такую ситуацию очевидная политическая составляющая их деятельности, которая совершенно открыто присутствует практически в каждой международной организации. Значительная их часть финансируется конкретными институтами государственной власти некоторых стран. Политический заказ при таких обстоятельствах является неизбежной частью их функционирования.
Территориальные различия коррупции порой вызваны разнообразными факторами, поэтому классифицировать их можно, только применив различные критерии, которые будут иметь функциональное значение лишь в данном конкретном случае и на данной конкретной территории. При этом жесткость подходов, связанная единообразием понимания негативной сути коррупции на федеральном уровне, будет обратно пропорциональна положительному эффекту от их внедрения на практике. Даже разовые устрашающие акции в виде, например, арестов высокопоставленных должностных лиц, без учета таких «мелочей», как именно, в какой форме и каким способом эти аресты происходят, не могут дать серьезного эффекта вне территориальной специфики. Опыт советского прошлого, когда действовала единая система пропаганды и воспитания, которая после распада Советского Союза оказалась абсолютно неэффективна, особенно в республиках с традиционно сильными клановостью и родственными племенными взаимоотношениями, доказал пагубность и бесперспективность игнорирования территориальных различий.
Примерно то же самое можно сказать о необходимости учета особенностей коррупции применительно к отдельным видам хозяйственной и управленческой деятельности. Например, введение так называемого нулевого порога выдоха при проверке на наличие алкоголя в организме человека привело к масштабным злоупотреблениям со стороны полицейских, патрулирующих автомобильные дороги. При этом бесперспективность такой меры подтверждается статистикой гибели людей на дорогах, которая, к сожалению, не имеет положительной динамики.
Исследование «положительного» эффекта коррупции в действительности могло бы способствовать выявлению острых болевых точек и недостатков в управлении и деятельности институтов государственной власти, устранение которых привело бы к значительному совершенствованию государственного аппарата. Важно отметить, что затраты на устранение подобных болевых точек, которые граждане обходят при помощи коррупции, давая подношения государственным служащим за то, что они упрощают какие-то бюрократические процедуры, не требуют больших вложений и осуществления контрольно-надзирательных полномочий. Такие бюрократические преграды нужно убирать.
 
Заключение
Исследование личности коррупционера всегда актуально. К сожалению, работы по данной теме нередко носят однобокий и неглубокий характер. Они также грешат стандартными подходами и штампами, известными еще с советских времен. Не умаляя достоинства прошлых разработок, стоить иметь в виду, что личность современного коррупционера не просто претерпела существенные изменения практически по всем параметрам, но продолжает меняться, причем настолько стремительно, насколько быстро меняется даже не система государственного управления, а система совершенствующихся рыночных механизмов хозяйственной деятельности.
Изучение зарубежного опыта борьбы с коррупцией, как и эффективности уголовно-правовых запретов, должно стать повседневной заботой тех, кто реально заинтересован в борьбе с коррупцией. Обусловлено это сложившимися штампами либо о чрезмерном преувеличении значения такого опыта (причем почему-то опыта западных ученых, но не ученых остального мира), либо об идеологически оправданном его игнорировании.
В российской криминологической литературе такие ученые, как М. М. Бабаев, В. Е. Квашис, В. В. Лунеев, выносили эти вопросы на обсуждение в разных вариантах. При этом сегодня практическое их восприятие ничтожно мало даже в тематике диссертационных и иных работ монографического свойства.


Похожие работы:

Криминологическая характеристика корыстно-насильственной преступности

30.11.2014/курсовая работа

Введение. Глава I. Сущность корыстно-насильственной преступности. 
1. Понятие корыстно-насильственных преступлений. 
2. Состояние корыстно-насильственной преступности в современной России и ее динамика. 
Глава II. Детерминанты совершения корыстно-насильственных преступлений. 
Глава III. Личность субъекта совершившего корыстно-насильственные преступления. 
Глава IV. Особенности предупреждения с корыстно-насильственными преступлениями. 
Заключение. 
Приложение. 
Список использованной литературы. 

Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних

7.12.2014/курсовая работа

Введение. Глава 1. Состояние преступности несовершеннолетних в России.
Глава II. Профилактика и предупреждение преступности несовершеннолетних.
§ 1. Семейное неблагополучие как криминогенное обстоятельство и ее профилактика.
§ 2. Система развития правосознания и правовой культуры у несовершеннолетних.
§ 3. Наркомания среди несовершеннолетних и её профилактика.
Заключение.
Список использованной литературы.
Приложения.

Криминологическая характеристика терроризма

29.01.2017/курсовая работа

Подходы к изучению природы и причин терроризма в криминологии. Определение понятия «терроризм» в криминологии. Классификация проявлений терроризма. Сущность современного терроризма, его основные виды, формы и методы. Классификация терроризма в криминологии.

Криминологическая характеристика наркопреступности

1.02.2017/курсовая работа

Понятие и характеристика незаконного оборота наркотиков. Причины наркопреступлений. Меры борьбы с наркопреступностью. Личность наркопреступника. 

Криминологическая характеристика экономической преступности

2.02.2017/курсовая работа

Криминологическая оценка состояния, структуры, динамики преступлений в сфере экономики. Преступления против собственности. Причины преступлений в сфере экономики. Причины преступлений в сфере экономической деятельности. Предупреждение преступлений в сфере экономики. Криминологические проблемы соблюдения конституционных положений о равенстве всех перед законом и судом.

Криминологическая характеристика киберпреступности

10.02.2017/курсовая работа

Общая характеристика компьютерной преступности. Признаки киберпреступности. Личность киберпреступника. Классификация киберпреступников. Причины киберпреступности. Борьба с киберпреступностью.

Преступления против собственности

28.02.2015/курсовая работа

Криминологическая характеристика преступлений против собственности. Сущность  и причины корыстной преступности. Способы предупреждения преступлений против собственности.

Пенитенциарная преступность

22.01.2015/курсовая работа

Введение/ 1. Сущность и криминологическая характеристика пенитенциарной преступности…………….………………………………………………………….5
1.1 Криминологическая характеристика пенитенциарной преступности…….5
1.2 Причины пенитенциарной преступности……………………………..…...12
2. Методы предупреждения пенитенциарной преступности…………...……22
2.1 Методы общей профилактики………………………………...…………….22
2.2 Групповая профилактика пенитенциарной преступности……..…………24
Заключение……………………………………………………………………..….31
Список использованных источников…………………………………………..33

Криминологическое законодательство

25.01.2017/курсовая работа

Понятие и система криминологического законодательства. История криминологического законодательства в России. Криминологическая норма: понятие, содержание, классификация и структура.

Транснациональная организованная преступность

28.01.2017/курсовая работа

Понятие и признаки транснациональной организованной преступности. Структура транснациональной организованной преступности. Криминологическая характеристика личности транснационального преступника. Борьба с транснациональной организованной преступностью.


Похожие учебники и литература:    Готовые списки литературы по ГОСТ

Криминалистика
Криминалистическая тактика
Киберугрозы. Виды киберпреступлений
Состояние преступности в России: статистика, структура, география
Основы криминологии



Скачать работу: Криминологическая проблема коррупции, 2017 г.

Перейти в список рефератов, курсовых, контрольных и дипломов по
         дисциплине Криминалистика и криминология, ОРД